Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 3.38)
 (8 голосов)
Поделиться статьей
Александр Крамаренко

Директор по развитию Российского совета по международным делам

Пока трудно судить о том, с чем приезжал Дж. Болтон в Москву по части планов Администрации Д. Трампа выйти из двустороннего Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности 1987 г., ставшего символом окончания холодной войны. Все похоже на импровизацию: в интервью американец говорил о намерении Вашингтона провести обсуждения как с Москвой, так и с европейскими союзниками. Последние, прежде всего Берлин, понятно, отреагировали на заявление Трампа резко негативно и предложили обсудить вопрос в НАТО, раз речь идет о «краеугольном камне европейской безопасности». Генсек Альянса Й. Столтенберг, отвечающий за европейскую паству, поспешил заявить, что размещение новых американских ракет в Европе «не планируется». Неясно, на каком основании он это утверждал — что-то подсказали ему американцы, чтобы успокоить союзников, или это — позиция ведущих европейских столиц, о которой и так можно догадаться.

Как бы то ни было, данный ход США, если он не будет дезавуирован, что тоже исключать нельзя, создает новую ситуацию в европейской и евроатлантической политике. Дискуссия о судьбе Договора идет давно. Его главный дефект для Вашингтона и Москвы — его двусторонний характер. Москва не раз предлагала сделать его многосторонним, но отклика среди других ядерных держав это не нашло. Военные и эксперты по ту сторону Атлантики не скрывали, что разрушение Договора нужно для того, чтобы «ответить» на развертывание Китаем баллистических ракет средней дальности на своем побережье, что-де подрывает доверие к такому фактору сдерживания, как американские авианосные группы. Бывший министр обороны Р. Гейтс в этой связи говорил, что теперь их придется дислоцировать «за второй цепью тихоокеанских островов», то есть за пределами ВКМ/ЮКМ и даже дальше.

Стремление вовлечь Китай с помощью Москвы в такую договоренность не скрывает и Трамп, намекая на необходимость сесть за стол переговоров втроем. Поэтому Пекин среагировал сразу, заявив, что не поддастся на шантаж. В этих условиях мы не можем облегчать положение Вашингтона и разделять с ним ответственность за разрушение Договора, что, как представляется, американцы не до конца продумали. Даже если бы между нами были нормальные отношения, почему мы должны приносить им в жертву дружбу с Китаем? Верно и то, что с появлением «Калибров» было ликвидировано преимущество США в Европе, поскольку Договор не распространялся на крылатые ракеты морского базирования.

Но поскольку ДРСМД родился из ракетного кризиса в Европе, главные последствия его разрушения касаются нашего континента.


Пока трудно судить о том, с чем приезжал Дж. Болтон в Москву по части планов Администрации Д. Трампа выйти из двустороннего Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности 1987 г., ставшего символом окончания холодной войны. Все похоже на импровизацию: в интервью американец говорил о намерении Вашингтона провести обсуждения как с Москвой, так и с европейскими союзниками. Последние, прежде всего Берлин, понятно, отреагировали на заявление Трампа резко негативно и предложили обсудить вопрос в НАТО, раз речь идет о «краеугольном камне европейской безопасности». Генсек Альянса Й. Столтенберг, отвечающий за европейскую паству, поспешил заявить, что размещение новых американских ракет в Европе «не планируется». Неясно, на каком основании он это утверждал — что-то подсказали ему американцы, чтобы успокоить союзников, или это — позиция ведущих европейских столиц, о которой и так можно догадаться.

Как бы то ни было, данный ход США, если он не будет дезавуирован, что тоже исключать нельзя (в такое время живем и с такой Администрацией имеем дело!), создает новую ситуацию в европейской и евроатлантической политике. Дискуссия о судьбе Договора идет давно. Его главный дефект для Вашингтона и Москвы — его двусторонний характер. Москва не раз предлагала сделать его многосторонним, но отклика среди других ядерных держав это не нашло. Военные и эксперты по ту сторону Атлантики не скрывали, что разрушение Договора нужно для того, чтобы «ответить» на развертывание Китаем баллистических ракет средней дальности на своем побережье, что-де подрывает доверие к такому фактору сдерживания, как американские авианосные группы. Бывший министр обороны Р. Гейтс в этой связи говорил, что теперь их придется дислоцировать «за второй цепью тихоокеанских островов», то есть за пределами ВКМ/ЮКМ и даже дальше.

Стремление вовлечь Китай с помощью Москвы (если не рассорить нас) в такую договоренность не скрывает и Трамп, намекая на необходимость сесть за стол переговоров втроем. Поэтому Пекин среагировал сразу, заявив, что не поддастся на шантаж. В этих условиях мы не можем облегчать положение Вашингтона и разделять с ним ответственность за разрушение Договора, что, как представляется, американцы не до конца продумали. Даже если бы между нами были нормальные отношения, почему мы должны приносить им в жертву дружбу с Китаем? Верно и то, что с появлением «Калибров» было ликвидировано преимущество США в Европе, поскольку Договор не распространялся на крылатые ракеты морского базирования.

Но поскольку ДРСМД родился из ракетного кризиса в Европе, главные последствия его разрушения касаются нашего континента. Причем если Россия является евразийской державой по своей географии, США присутствуют и там, и там в силу своих военно-политических союзов, заключенных в эпоху холодной войны. Кризис в трансатлантических отношениях в случае выхода США из Договора предсказывался давно, правда, тогда не было таких отягчающих обстоятельств, как подъем протестного электората в Европе, указывающего на подрыв доверия к своим элитам, и антиамериканизм этих самых элит, спровоцированный феноменом Трампа. Образ Трампа как не только «разрушителя Западного альянса», но и опасного милитариста дополняет картину.

Каковы опции американцев, все из которых, надо признать, создают уникальные возможности для европейской политики России? По сути, никакого пространства для маневра. Европейские союзники будут настаивать на том, чтобы Вашингтон не выходил из Договора без переговоров с Москвой. Но именно переговоров с нами американцы избегали, бросаясь обвинениями в наш адрес и голословно отвергая все наши претензии к себе. Вопрос в том, что несоблюдение американской стороной Договора связано с развертыванием в Европе позиционного района Глобальной ПРО США и тему эту они обсуждать не хотят, желая получить двойное преимущество над Россией.

Дмитрий Офицеров-Бельский:
ДРСМД — больше чем договор

Если не удастся добиться решения НАТО на размещение новых американских ракет в Европе, то США могут договариваться об этом на двусторонней основе, скажем, с той же Польшей, которая уже пригласила — за свой счет (!) — американскую дивизию в нарушение договоренностей между Россией и НАТО о неразмещении «существенных боевых сил» в Восточной Европе. Но если это случится, что вызовет реакцию России, то Варшаве придется иметь дело с Берлином и Москвой. В истории такое уже случалось. Трудно сказать, чем это закончится в этот раз, тем более что Россия ни при каких обстоятельствах не может позволить этому произойти, то есть Европа будет поставлена на грань вооруженного конфликта с применением обычных вооружений. НАТО окажется в кризисе. Поэтому такой вариант пока наименее вероятен. Но на нервы европейцам будет действовать уже то, что соответствующие вооружения будут разрабатываться сторонами и тогда будет срабатывать логика «Вино налито — его надо пить». Более того, важны потенциалы, а не только намерения, о которых вряд ли можно судить с уверенностью в отсутствие доверия между сторонами. Наконец, Европа и мир окажутся в тени новой гонки вооружений, что тоже немало, и американцы ее затевают в условиях госдолга, равного 100% ВВП, и совокупного дефицита федерального бюджета и текущего счета платежного баланса порядка 6% ВВП.

В любом случае у всех будет какой-то запас времени, в том числе для того, чтобы отфиксировать свои «красные линии». Тем временем США могут стремиться поначалу договориться с нами о неразмещении новых ядерных вооружений в Европе. Но это подставит Китай и неизбежно потребует разговора по ПРО. К тому же, география России такова, что нашу безопасность затрагивают и вооружения, развертываемые в Азии. Словом, это крайне маловероятно. Результатом таких попыток может стать прямой разговор с нами на эту тему ведущих европейских столиц. Тогда США могут пойти на одностороннее обязательство не размещать новые вооружения в Европе. Оно вряд ли нас обяжет, опять же ввиду американской ПРО. Многое будет зависеть от того, как будет развиваться весь комплекс наших отношений с США и Западом.

Сообщение о том, что Д. Трамп и Э. Макрон намерены обсудить тему ДРСМД с В. Путиным в Париже 11 ноября говорит о том, что в Вашингтоне начинают осознавать сложность своего положения и хотели бы с помощью союзников выйти из него, что называется, «не расплатившись». Так же как у Анкары нет стимулов «отпустить» подобным образом саудовцев в связи с делом Хашикджи, не вижу оснований для благотворительности Москвы по отношению к американцам в этом случае. Ведь речь идет о битве за Европу и срыве заговора внерегиональной державы против нашего континента и его безопасности. Вопрос еще в том, что Европе навязывают милитаризацию международных отношений в духе соответствующей стратегической культуры Америки, где элиты никак не могут отказаться от концепции «государства национальной безопасности». О такой опасности пишет Андрей Кортунов. Можно добавить, что Россия в крайне неблагоприятной глобальной среде, делает все, что может, чтобы противопоставить дипломатию этому разрушительному тренду. Последний пример — наша договоренность с Анкарой по Идлибу, как, впрочем, и в целом наше поведение в Сирии в рамках объективно сложившегося там «концерта держав» (вот и саудовский монарх уже звонит в Кремль за поддержкой — что-то он готов предложить?).

В целом не будет преувеличением сказать, что американцы загоняют себя в угол своим решением. Правда, создается предмет для заинтересованных переговоров с нами, что в принципе важно. Другой момент — европейцы пожнут плоды своей антироссийской политики, что будет их побуждать к «переоценке ценностей», и будут обостряться противоречия между «старой» и «новой» Европой (по Тони Блэйру времен войны в Ираке). В конце концов, для нас не важно, как будет разрушаться НАТО, являющаяся символом раскола Европы. Поэтому, наверное, правы те, кто усматривает в таком развитии событий если не победу российской дипломатии, то «подарок американцев», оказавшихся более простыми, чем это представлялось многим.

Не будем забывать, что Дж. Болтон — давний противник ДРСМД и его брали в Администрацию для продвижения соответствующих идей, которые могут оказаться чрезмерно рискованными на стадии реализации; поэтому сохраняется возможность того, что они могут «уйти» вместе с этим ярым неоконом. В правление неоконов при президенте Дж. Буше-мл. саморазрушение Америки приобрело новое качество. Чего стоила только одна война в Ираке! Трамп вынужден окружать себя и военными, которые могут обеспечить некую трансформационную мобилизацию глубоко расколотого общества. Но с ними тоже приходится считаться. Поэтому США остаются в Афганистане, Ираке и Сирии. Теперь дело дошло до выхода из ДРСМД. Причем с чисто военной и практической точек зрения на китайском направлении это мало что дает, если учесть те вооружения, которые Китай может приобрести у России для парирования американской военной угрозы с моря: только формальное заполнение пробелов в военном планировании, но какой ценой! Не лучше ли (и намного дешевле!) признать, что безопасность американских авианосных групп может быть обеспечена только хорошими отношениями в геополитическом треугольнике США — Россия — Китай? В этом, наверное, и формула глобальной безопасности для нашего времени.


Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 3.38)
 (8 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

    Ни один из возможных результатов не способен оказать однозначного влияния  
     181 (71%)
    Большинство республиканцев в обеих палатах  
     46 (18%)
    Большинство демократов в обеих палатах  
     27 (11%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся